Сайт в помощь студенту Грамоте учиться – всегда пригодится

Скачать полностью

ПУТИ РЕВОЛЮЦИИ (ФЕВРАЛЬ – ОКТЯБРЬ 1917 г.)

Свержение самодержавия

Глубинные причины февральской революции были те же, что и в 1905 г., только противоречия в обществе еще более перезрели. Остатки феодально-крепостнического строя в виде общинного и помещичьего земледелия, чрезмерная эксплуатация рабочих при отсутствии у них должных прав, самодержавие и всесилие чиновников и полиции, национальные ограничения и пр. сдерживали развитие нового в обществе. Некоторое расширение демократии, появление Думы, столыпинская земельная реформа и др. не только не устранили этих противоречий, но во многом сделали их ощущение более нетерпимым. Народ все более активно впитывал в себя социалистическую пропаганду, особенно в отношении помещичьих земель.
Однако вторая русская революция имела очень существенные особенности по сравнению с первой. Гораздо сильнее упал престиж царской власти, даже среди аристократии, а царь с царицей еще менее были склонны к уступкам. Резко ухудшилось материальное положение народа в связи с военными тяготами. Горожане, прежде незнакомые с отсутствием продовольствия и топлива, роптали. Но важнее всего – заколебалась главная опора власти – армия. Теперь это уже были многомиллионные вооруженные массы, не желавшие воевать. Крах самодержавия наступил, когда эта «серая скотинка» отказалась подавлять народ.
Революционные настроения в обществе нарастали с конца 1916 г., принимая все более острые формы. В январе 1917 г. в столице бастовали сотни тысяч человек, устраивались демонстрации, митинги. Волновало население и открытие заседания Думы, которое в конце концов состоялось 14 февраля. Полиция сгоряча арестовала даже членов рабочей группы при Военно-промышленном комитете (так называемых гвоздевцев), настроенных на сотрудничество с властью. Это еще более усилило конфликт.
Между тем император находился в военной ставке в Могилеве, где ему было спокойно от столичных, дворцовых интриг. Так же невозмутимо воспринимал он и грозные сведения из Петербурга. Никто не мог, конечно, точно предугадать взрыв народного недовольства, но признаки его ощущались. Однако царь не внял предупреждению в виде убийства Распутина, не реагировал на призывы верных монархистов (типа Пуришкевича), председателя Думы Родзянко, что революция надвигается и может вспыхнуть в течение ближайших недель. Никто не мог поколебать императора.
Интересно отметить, что революция застала врасплох и другой лагерь. Ленин за два месяца до нее говорил, что они, «старики», т. е. старые революционеры, до революции, может быть, и не доживут. Один из большевиков вспоминал, что «накануне революции большевики вместе с меньшевиками и эсерами решили поддержать забастовочное движение только «скрепя сердце», ибо никто не думал о такой близкой возможности революции... ни одна партия непосредственно не готовилась к перевороту». А видный эсер признавался, что «революция ударила, как гром с неба, и застала врасплох не только правительство, но и Думу и существующие организации».
Либеральная часть общества боялась революции и пыталась предотвратить ее, побудить самодержавие к реформам. При этом получилось, что своей постоянной критикой либералы невольно способствовали пробуждению революции. Но больше всего помогли ей сами власти.
22 февраля в Петербурге начались волнения женщин, толпы громили лавки и магазины. Это ввело в заблуждение правительство, полагавшее, что достаточно обеспечить город мукой, чтобы волнения улеглись. Однако они вскоре переросли в политические. С 23 по 26 февраля дни прошли в столкновениях горожан (которые сотнями тысяч вышли на демонстрации и митинги с лозунгами: «Долой самодержавие», «Домой войну!» и др.) с полицией. Последняя активно применяла оружие и пулеметы. Казаки, однако, против народа не выступили. Решили использовать армию. 26 февраля, когда солдаты отказались стрелять, офицеры стали пулеметчиками. В тот день было убито более 150 человек. Восставшим казалось, что дело проиграно, но уже с утра 27-го на их сторону стали переходить воинские части, а 28 февраля революция победила полностью, правительство было арестовано.
По образцу 1905 г. был быстро организован Совет рабочих и солдатских депутатов, в руководстве которого взяли верх профессиональные революционеры. Исполком его возглавил меньшевик Н. Чхеидзе. В то же время Дума объявила, что «взяла власть» и сформировала Временный комитет во главе с Родзянко, ставший позже основой Временного правительства. Его руководители, прежде всего кадеты и прогрессисты, стремились ввести стихию в русло, сохранить царскую власть. Особенно на этом настаивал Милюков. Между тем Николай II дал распоряжение генералу Иванову восстановить порядок в столице, чего тот, конечно, сделать не мог. 1 марта уже и командующие фронтами поняли, что царю следует отречься от престола, «чтобы отстоять независимость страны и сохранить династию». Однако император не решился передать власть малолетнему сыну, что было бы наилучшим выходом. Многие, но далеко не все, требовали республики, и, возможно, малолетний царь хоть на время устроил бы страну. Трон был передан брату Михаилу, но и тот побоялся взять власть в такое опасное время. 3 марта монархия в России, просуществовавшая сотни лет, пала. Начиналось смутное время.
Без сомнения, добровольное отречение царя способствовало быстрой и бескровной победе революции в стране. Удивительны перемены в поведении императора (на мой взгляд, свидетельство его ограниченности): еще за несколько дней до отречения он и слышать не хотел ни о каких уступках, а теперь, словно даже с каким-то внутренним облегчением, слагает с себя бремя власти, решает за сына (на что не имеет права), прерывает династию. Вскоре после революции царь с семьей был посажен под домашний арест.

Органы революционной власти. Двоевластие

2 марта Временный Комитет Думы был преобразован во Временное правительство, которое возглавил беспартийный князь Г. Е. Львов – человек, популярный в обществе. В правительстве были в основном представители кадетов, а также октябристов и прогрессистов. Самыми крупными его деятелями были кадет Милюков и октябрист Гучков, соответственно иностранных дел и военный министры. От социалистов вошел эсер (бывший трудовик) А. Ф. Керенский.
Образовавшийся Совет депутатов хотя и представлял Петроград, фактически был органом, который признавала вся страна. Через некоторое время ведущую роль в Исполкоме Совета стали играть эсеры и меньшевики, однако заметной была и роль большевиков. В июне собрался I Съезд Советов рабочих и солдатских депутатов (крестьянские съехались на свой съезд раньше) и избрал руководящий советский орган Всероссийский Центральный Исполнительный комитет – ВЦИК.
По поводу состава революционного руководства Ю. В. Изместьев пишет: «Поражающей чертой в личном составе был высокий процент инородцев: евреев, грузин, латышей, поляков, литовцев – несоизмеримо их численности в стране». Он приводит список членов исполкома Совета: Председатель Чхеидзе – грузин. Члены: Гуревич (Дан) – еврей, Гольдман (Либер) – еврей, Гоц – еврей, Гендельман – еврей, Каменев (Розенфельд) – еврей, Саакиан – армянин, Крушинский – поляк, Никольский – национальность не установлена1.
Государственная власть должна опираться на силу. Однако настоящей силы – армии – у Временного правительства в подчинении не было. Армия подчинялась прежде всего Петроградскому Совету. В этом и была основа двоевластия, т. е. ситуации, когда в стране сложилось два центра власти: правительство и Совет, которые порой действовали дружно, но временами между ними были непримиримые противоречия. Поскольку без Совета правительство не могло проводить никакой линии, а позиция руководства Совета была противоречивой и колебалась от настроения масс, постоянно возникали правительственные кризисы.
Кое-как, используя опыт и связи, министры наладили управление страной. Однако войска разлагались. Первый декрет Совета был об армии. Он сыграл во многом роковую роль в дальнейшей дезорганизации жизни, окончательно размежевал офицеров и солдат, лишил первых всякой возможности командовать. Согласно декрету во всех частях избирались солдатские комитеты, которые контролировали руководство и ведали оружием. Солдаты даже имели право избирать в определенных случаях командиров. Вне службы всякая дисциплина отменялась. В политических выступлениях воинские части подчинялись только Совету, а другие приказы исполняли только, если они не противоречили решениям Совета.