Сайт в помощь студенту Грамоте учиться – всегда пригодится

Скачать полностью

ПОСЛЕДНИЕ ГОДЫ РОССИЙСКОЙ ИМПЕРИИ (1910–1917 гг.)

Столыпинская аграрная реформа. Экономический подъем

Столыпинская аграрная реформа была важнейшим послереволюционным событием, последней попыткой перестроить дворянскую монархию в буржуазную. Долгими десятилетиями правительство охраняло крестьянскую общину, теперь взяло курс на ее разрушение. Столыпин провозгласил, что будет поддерживать «не пьяных и слабых», а «крепких и сильных». Это вызвало ожесточенную критику. С точки зрения исторического прогресса премьер-министр был, безусловно, прав. Но ведь его правительство было не партийным, выражающим волю определенной политической силы, оно было царским. А царь не имел права заявлять, что опирается только на часть населения, а не на весь народ.
Крестьяне были уравнены в гражданских правах с другими сословиями и могли теперь свободно уходить в город на заработки, учебу и т. п. Еще раньше были отменены выкупные платежи на землю. Используя этот формальный повод, Столыпин объявил, что теперь (согласно реформе 1861 г.) крестьяне становятся собственниками земли и имеют право выходить из общины. Земельная реформа начата была осенью 1906 г., т. е. в обстановке революции. (Дума поддержала ее только через 2 года.) Страх перед народной стихией заставил самодержавие решиться на нее. Но по мере стабилизации положения желание перемен уменьшалось.
Община представляла пережиток феодально-крепостнического (а в чем-то и первобытнообщинного) строя. Ее роль была усилена удобством управления крестьянами для помещиков и государства. То, что эта организация сдерживала имущественное расслоение и обезземеливание, могла легче тягаться с помещиками и богатеями, нравилось крестьянам. Но она полностью изжила себя в хозяйственном смысле: препятствовала внедрению более совершенных методов ведения хозяйства, росту товарности, переселению крестьян в города и другие места. Поскольку земля была общей и делилась на мужские души или едоков, то такая система сильно способствовала и росту рождаемости населения (чем больше детей, тем больше земли). А это усиливало малоземелье, бедность и отсталость.
Большинство крестьян при активной деятельности революционных агитаторов стояло за запрет купли-продажи земли и раздел помещичьих земель. Сам по себе раздел (при некоторой пользе в виде уменьшения арендных платежей и пр.) в условиях общины лишь ненадолго бы уменьшил малоземелье. Добавка быстро была бы «съедена» ростом населения. Отчуждение помещичьей земли (или ее части) имело смысл только в совокупности с разрушением общины и утверждением частной собственности на наделы. Это позволило бы развиваться по фермерскому (американскому) пути. Однако следует учитывать, что было немало помещичьих хозяйств высококультурных, которые нельзя было трогать. К тому же дворяне давали много товарного хлеба.
Согласно земельной реформе, каждому домохозяину разрешалось без согласия общины выделять свою землю, надел (раньше он лежал чересполосно в виде нескольких участков) в единый массив (отруб) или даже выселяться из деревни (на хутор), поскольку пахотная земля обычно лежала в некотором отдалении от села. Укрепив таким образом землю в частную собственность, крестьянин мог ее продать. Это было выгодно тем, кто уже твердо решил порвать с сельским хозяйством (прежде всего самым бедным или активным) и наиболее богатым, кто мог теперь не арендовать, а прикупить землю. Для проведения такого огромного передела правительство выделяло деньги на обучение землемеров и проведение землеустроительных работ. Другим направлением реформы стало поощрение крестьян к переселению на окраины (Сибирь и т. п.). Конечно, не все смогли поднять целину и закрепиться, но за десять лет переселилось около 3 млн крестьян. Цифра огромная, однако это не могло решить проблемы малоземелья коренным образом. Важной была и деятельность Крестьянского банка, скупившего и перепродавшего крестьянам 4 млн десятин помещичьей земли.
С учетом тех сел, где давно не было переделов, вышли из общины и закрепили за собой земли около 2,5 млн домохозяев, т. е. более четверти всех дворов. Еще 700 тыс., хотя и подали заявления об укреплении земли, не решились это сделать фактически, чтобы не портить отношения с соседями. Хотя реформа зашла далеко, но главной своей задачи – предотвратить революцию – она не выполнила.
Причинами ее неудачи, в конечном счете, можно считать: 1) сопротивление крестьян, которые упорно полагали, что лучше жить по-старому. К тому же реформа проводилась грубо, часто насильственно, что вызывало протесты и недовольство; 2) в русском образованном обществе по-прежнему многие считали, что община – такое учреждение, которое является основой «русскости», и критиковали правительство за ее разрушение. Само собой, противились развитию капитализма и революционеры, особенно эсеры; 3) к несчастью, реформу не поддержали и помещики, которые не желали усиления самостоятельности крестьян. Им были выгоднее малоземельные и зависимые земледельцы. Дворяне также не хотели перестраиваться; 4) очень сильное сопротивление было и в верхах. Помещичье-чиновничье государство по-прежнему боялось сильного и независимого крестьянства. Определенную роль сыграла и смерть Столыпина.
Наилучшие результаты реформа дала как раз в тех районах, где развитие капитализма было сильнее: в Нижнем Поволжье, Новороссии, др.  А там, где крепостнические пережитки были заметнее всего (центральные районы), из общины вышло всего 5–10 % домохозяев. В целом экономические результаты реформы были существенны, а политические – нет. Даже напротив, напряженность в деревне усилилась. Основная масса крестьян не умела, не могла и не желала перестраиваться, и еще более уверилась, что «ключ к счастию народному» лежит в разделе господской земли и в запрете ее купли-продажи, в «черном переделе». С 1909 г. депрессия в экономике сменилась подъемом. Пятилетие до начала войны в экономическом отношении было одним из самых продуктивных в нашей истории. В промышленности важную роль играли военные заказы. Строились железные дороги, росли металлургические и машиностроительные заводы, добыча нефти, угля, руды. Активно притекал иностранный капитал. Роль монополистических объединений выросла. Россия стала аграрно-индустриальной страной, где промышленность давала 42 % от всего народного хозяйства. Нет сомнения, что в ближайшие десятилетия она превратилась бы в индустриально-аграрную с преобладанием тяжелой индустрии. И все же «в 1913 г. общий уровень промышленного производства в России оставался... в два с половиной раза меньше, чем промышленное производство во Франции, в шесть раз меньше, чем в Германии, в четырнадцать раз меньше, чем в Америке».
В отличие от подъема 90-х годов, в этот период очень большие сдвиги были в сельском хозяйстве. Сказалось прежде всего земельное преобразование. Хотя многие помещичьи хозяйства продолжали хиреть, быстро росла урожайность крестьянских (конечно, далеко не везде). Очень сильно шел рост кооперативного движения, особенно в Сибири и др. окраинах. Все больше зерна на внутренний и внешний рынок поставляли теперь крестьяне. Экспорт его значительно вырос. Рост урожайности в целом обогнал рост населения. Переселение ввело в оборот много новых земель. Росло и производство технических культур: подсолнечника, сахарной свеклы, хлопчатника, льна и др. Заметно увеличилось применение машин и механизмов (мельниц, маслобоек, просорушек и т. п.), новых агроприемов. Тем не менее, хотя потребление продуктов внутри страны поднялось, большинство крестьян (и вообще населения) жило бедно, часто недоедало. Недород и голод 1911 г. также способствовали этому.

Рост революционного и общественного движения. Iii и iv думы

Последовавший за революцией спад общественного и революционного движения, резкое уменьшение стачек и крестьянских выступлений, развал в революционных партиях и многое другое – все это убедило правящие круги, что такой порядок будет нерушимым еще много лет. Самодержавие и аристократия не поняли, что затишье – всего лишь передышка, которую нужно использовать возможно продуктивнее для мирного перехода к новому строю. Они упустили шанс эволюционного развития России.
Между тем с 1910–1911 гг. медленно начинается рост стачек. Постепенно выходили из кризиса и партии. В январе 1912 г. социал-демократы собрали в Праге после долгого перерыва конференцию. Стали выходить легальные партийные газеты, в том числе и большевистская «Правда». Неумелая политика министра просвещения вновь оживила студенческое движение, которое стало значительной силой. Большой политический резонанс получило убийство Столыпина 1 сентября 1911 г. в ложе Киевского театра.