Сайт в помощь студенту Грамоте учиться – всегда пригодится

Скачать полностью

РЕВОЛЮЦИЯ И РЕАКЦИЯ (1905–1910 гг.)

Причины революции

1. Капиталистическое развитие привело к росту крупной промышленности и городов, сильному и организованному пролетариату, объединению страны в единый организм с помощью железных дорог и телеграфа. Возникало мощное противоречие между быстро растущей промышленностью и общей отсталостью крестьянско-патриархальной страны. 2. Новые экономические отношения, требования экономики, выросшие интеллигенция и грамотность населения, окружение соседних стран и мн. др. – все это натыкалось на отсталость политической организации общества в виде абсолютного самодержавия, всевластия чиновничества и полиции, произвола местных властей. 3. Большинство населения было не согласно с существованием огромных дворянских привилегий, которые поддерживал царь. Политическое устройство общества во многом сохраняло черты отсталой страны, в которой, по определению историка С. М. Соловьева, существуют только два класса: «мужи» (правители и воины) и «мужики». 4. Важнейшими были противоречия между крестьянами и помещиками. Последние вели в большинстве случаев хозяйство плохо, отсталыми методами. Никаких ограничений для эксплуатации крестьян не существовало. Помещичьи и крестьянские хозяйства продолжали быть как бы единым организмом (из-за полуфеодальных форм эксплуатации), обрабатывались теми же крестьянами и их орудиями труда. Поэтому земледельцы все сильнее стремились разделить между собой помещичьи земли, видели в этом решение всех вопросов, тем более, что многие имения были настоящими латифундиями. 5. Источниками напряжения в обществе были бедность крестьян и земельный голод, они проистекали от огромного влияния крестьянской общины, которую охраняло правительство. Ситуация сильно обострялась высоким приростом населения, прежде всего крестьянского. 6. Высокая степень эксплуатации рабочих и отсутствие у них возможности бороться законно за свои экономические права. 7. Административный (чиновничий) контроль за предпринимателями, противоречия между приближенной к правительству и власти группой богатых промышленников и основной частью буржуазии. 8. Национальные противоречия.
Итак, сочетание высокоразвитых и отсталых сторон в жизни страны; помещичье землевладение и крестьянская община; всевластие и произвол начальства и полиции; недовольство рабочих хозяевами и начальством, а буржуазии – правительством; требования просвещенной интеллигенции; национальные проблемы и др. готовили революцию. А из-за того, что все вопросы решались наверху, в царском режиме видели главный источник бед и проблем. Поражение в войне окончательно подорвало престиж власти.
Для полноты картины добавим и такой анализ. Причины революции, подобной русской, нередко коренятся в неподвижности и закостенелости политической и экономической организации общества, неспособности правящего класса поступиться ради своего и страны будущего частью привилегий. Даже наоборот, в эти периоды у власти часто оказываются очень близорукие или корыстные люди, которые, подобно глухим и слепым, не видят и не слышат грозящей опасности, настроения народа, думают о сиюминутных выгодах. Общество оказывается в заколдованном порочном круге. Новые условия требуют изменений, расширения прав населения в управлении, устранения самых грубых форм эксплуатации и др. Но правители упорно отказываются проводить реформы в течение десятилетий. Они уповают на силу и привычку народа к покорности, на «святость» своих привилегий и  т. п.
Тогда в недрах обиженных классов и чуткой к несправедливости интеллигенции начинает копиться горючий материал. «Нет конституции – будет революция», – говорили русские кадеты. Появляется некоторое количество людей, начинающих против правительства настоящую войну и считающих в ней хорошими все средства. И самое опасное – революционеры обычно охвачены разрушительным мотивом, ненавистью и жаждой мести к преследовавшей их и других недовольных власти.
Когда же приходит момент и народ неожиданно просыпается от многолетней спячки (это обычно совпадает с ослаблением или военным поражением власти), настроения разрушения легко передаются массам. Десятилетиями покорный, народ перестает уважать правителей и делается удивительно требовательным. Одной из главных ошибок самодержавия в предреволюционный период было убеждение, что главная беда идет от «смутьянов-революционеров», либералов и пр. Вот, например, что пишет монархист Коковцев: «Переживания революционной поры 1905–1906 годов сменились наступившим за семь лет внутренним спокойствием и дали место идее величия личности государя и вере в безграничную преданность ему, как помазаннику Божию, всего народа, слепую веру в него народных масс... В ближайшее окружение государя, несомненно, все более и более внедрялось сознание, что государь может сделать все один, потому что народ с ним...» . И это в 1913 г.
А народ можно сравнить с доведенным до крайности человеком. Годами он терпит издевательства и обиды и вдруг иногда от внешне незначительного повода взрывается. И жестоко мстит обидчику. Но как человек, так и восставший народ, после бурной реакции может вновь покорно нести свою ношу.
По мере ослабления авторитета власти повышается престиж революционеров, которые получают прочную опору в определенных кругах. При подходящем случае подпольные партии быстро становятся центрами борьбы и новой власти.
Поскольку революции происходят подобно взрыву, всегда трудно предугадать последствия. Вновь используя сравнение, скажем, что они подобны сложнейшей хирургической операции над обществом. Но, поскольку правители не допускают к «больному» квалифицированных хирургов, операцию начинают делать случайные люди – революционеры. Кто скажет, чем она может закончиться для «больного»? Поэтому-то революции как метод обновления общества очень нежелательны. Если же представить, кто такие революционеры, то картина станет еще яснее. В борьбу вступает много действительно честных и благородных людей, не желающих мириться с несправедливостью. Однако чаще всего они молоды, неопытны и недостаточно знающи, чтобы судить как о причинах общественных явлений, так и о последствиях своего вмешательства. Вместе с этим в революционное движение включается много авантюристов, властолюбцев, даже уголовников и т. п. Но главное, подполье по своей природе аморально: надо постоянно прятаться, обманывать, использовать и бросать людей, подделывать документы, подкупать, угрожать и т. д. Человек живет не на свои средства (ведь он не может зарабатывать), он держится идеей, что имеет право преступить мораль, поскольку он как бы особый, избранный и жертвует ради общества (хотя никто его об этом и не просит). В ссылках, эмиграциях интересы мельчают, постоянно сталкиваются честолюбие и амбиции, идут расколы и размежевания, мировоззрение людей меняется. Они часто не понимают уже действительных настроений и потребностей. И когда им улыбается революционная победа, считают себя в полном праве кроить и перекраивать общество, как им придет в голову, а всех недовольных объявляют контрреволюционерами. Действительные творцы революций, люди, имеющие революционные заслуги, затем нередко вообще оттираются более молодыми или агрессивными, прямо рвущимися к власти, забывающими о революционных идеалах. Естественно, что вместе с устаревшими и негодными порядками ломается, уничтожается и много ценного.
Важно отметить также, что как власти, так и революционеры очень не любят либералов, стоящих за реформы.

Ход революции в 1905 г.

В 1904 г. по мере поражений России усиливаются критика власти, требование реформ, революционная активность. Одновременно растет и так называемое черносотенное движение в поддержку монархии, православия и против революции. По методам революционные и контрреволюционные силы не слишком различались, активно применяя насилие и террор. Черносотенцы были деятельны в течение всей революции. Особенно они прославились еврейскими погромами, так как видели в ре­волюции происки евреев и международного сионизма.

После падения Порт-Артура, в конце 1904 г., по всей России прокатилась волна антиправительственных демонстраций. 3 января 1905 г. бастовали (из-за увольнения четырех товарищей) рабочие-путиловцы, а 8-го – уже 200 тыс. петербуржцев. 9 января состоялась рабочая демонстрация. Ее возглавил

См.: Милюков П. Н. Воспоминания. М.: Современник, 1990. Т. 1. С. 87.